Saturday, June 8, 2013

Поворот не туда-2

Еще и недели не прошло, как я вернулась домой в Россию. За полгода отвыкла совсем, конечно. Когда уезжала, был мороз, снег, люди в шубах и шапах. А сейчас девчонки с голыми белыми ногами в футболках с безвкусными принтами, противосолнечные очки на лбах, яркий макияж и прочие кошмары нашего городка. Почему-то, я была гораздо лучшего мнения о Москве и москвичах хотя бы в плане одежды. А тут вон какой облом. Смотреть на них больно.

Но и не в этом вовсе дело. Дело в том, что они друг друга боятся!! Люди боятся людей! Люди не готовы терпеть друг друга, им неудобно друг с другом. Они хотят друг от друга избавиться.

Вчера вечером собрала рюкзак и поехала на Павелецкий вокзал. Купила в автомате билет на поезд (наконец-то, и в РЖД пришла цивилизация), и за пять минут до отправления зашла в свой вагон. В моем купе уже сидели двое приличных мужчин. Одно место пока что оставалось вакантным. Я подумала - кто же еще с нами поедет?

Через минуту из тамбура послышалось странное обращение к проводнице: "Девушка, вы бандитов принимаете?" Девушка, конечно, обязана принять в вагон практически любого, у кого есть билет. Она предупредила этого не вполне трезвого пассажира, что его обязательно высадят, если будет буянить.

Конечно, он стал слегка буянить. И достался он нам, т.к. был именно тем недостающим звеном нашего купе. Начал пытаться разговаривать. Рассказывал, что вот только откинулся с зоны, сидел десять лет за убийство человека. Через пять минут он вдруг стал вором, отсидевшим всего восемь лет, а через полчаса - офицером-пограничником, служившим в Казахстане и воевавшим (с кем это, интересно?) за Россию. В основном, он адресовал свои душевные излияния мне, т.к. я сидела прямо напротив, а двое мужиков-соседей уткнулись в какие-то свои бумаги и что-то писали.

В конце концов, один из них не выдержал, и когда пошел за чаем, попросил проводницу пригласить начальника поезда и полицию для составления протокола и устранения неудобного попутчика из транспортного средства. В общем, на следующей станции в вагон зашел полицейский, они составили протокол и вытолкали из вагона уже слегка протрезвевшего начавшего осознавать всю неловкость своего положения мужика.

Блин, мне было его жалко. Хоть от него и несло перегаром, и он болтал всякую чушь, но ведь он же не бил никого и не оскорблял. И, если б не него прикрикнули, он бы спокойно пошел спать на свою полку. А его просто взяли и без предупреждения выставили из поезда.

Потом, когда нас в пенале осталось всего трое, один из этих мужиков обратился ко мне: "Ну что же вы, девушка, ничего про него не сказали полицейским? И вообще, таким молодым девушкам, как вы, с пьяными разговаривать нельзя, и слушать его даже нельзя было!"

Блин, а что, если я как человек, косящий под журналиста, люблю пьяных мужиков слушать? И вообще, заткнись, слабак! Мог бы и попробовать поставить алкаша на место, а не упрекать меня в том, что мне пришлось слушать эти пьяные басни.




А потом мне и правда стало немного стыдно за то, что я слушала пьянчугу. И что я его слушала? Должна была сразу понять, что человек он неадекватный, и что на него не стоит обращать внимания. И что разговаривал он сам с собой слишком громко, а за громкие разговоры с самим собой можно загреметь в обезъянник.


Прошло несколько часов. За окном стемнело, все уже с расслабленной полуулыбкой расположились на своих полках. Два моих попутчика вели между собой разговор. Правда, когда я получше прислушалась и попыталась своим свежим и отвыкшим от русской речи ухом понять, о чем это они тут разговаривают, то оказалось, что каждый из них разговаривает сам с собой, и несут они чушь еще пострашнее того, что рассказывал тот наш офицер-убийца. Все про какие-то свои дела на работе, про студентов, которых им приходится учить. Про кондиционеры в поездах, про следящее оборудование для армии. Людям хотелось рассказать друг другу о своей скучной и однообразной жизни, но никто из них не слушал другого. Оба только рассказывали. И в голову этим двум приличным и гордым собой людям прийти не могло, что в пьяном лепете иногда бывает больше смысла, чем в том, что говорят они.

А я привыкла работать в команде, не обижаться на людей и стараться тащить их и не бросать даже когда не все благополучно. Я привыкла к Африке, где в рейсовом автобусе на весь салон транслируется "Поворот не туда", орет музыка и дети. Люди разговаривают, как им захочется, и никто не жалуется. Все терпят и принимают друг друга такими, как есть. А наше
цивилизованное общество хотя удобно и безопасно, но, порой оно, все же, злоупотребляет своими конституционными правами.



No comments:

Post a Comment