Monday, May 27, 2013

Депрессия прошла полностью. Сегодня неизвестность больше не пугает. Пыталась придумать, чем займусь по возвращении домой в Россию. Некоторые из моих идей даже кажутся довольно адекватными. Посмотрим, что скажут родственники и другие виды соотечественников.

Sunday, May 26, 2013

Депрессия по поводу полнолуния

Сегодня на несколько часов отключили свет. Я лежала на нижнем этаже своей двухэтажной кровати, гладила мертвого геккона и думала о будущем. Как жаль, что даже те, кто тебя любят, не могут ничем помочь, когда дело доходит до идей относительно будущего. Приходится самой. Те, кто тебя любят, не могут всегда быть рядом. Нужно самой о себе заботиться, придумывать дела на завтра. Придумывать дела на ближайшие полгода.

Я устала. Хочу домой. Только мне кажется, что я буду там слегка неадекватно себя вести. По крайней мере, с точки зрения соотечественников. Хотя, кто знает. Может, все будет по-старому, чего мне не очень-то хочется. Зря училась, что ли?!

Еще два дня, и, наконец, придет пора сваливать из этого города. Хоть тут все и плохо, но хоть какое-то равновесие. У меня тут своя комната, верхняя полка в холодильнике, доступ к интернету, вся территория лагеря для прогулок. А через два дня - не знаю, что будет. Все пока хлипкое и шатающееся. Боюсь.



Маун и окрестности

Домой чуть больше, чем через неделю... Жаль, что за последние полмесяца не удалось никуда съездить... Даже в Мауне была всего два раза. Но, когда выбираешься в сам город, там и делать особо нечего. По размерам город сопоставим с Нововоронежом и окружающими его дачами.
В городе - супермаркеты, забегаловки, жестяные ларьки, мебельные салоны, магазины строительных материалов. Песок даже на проезжей части, везде мусор, пыльно и жарко.

Темнокожие женщины с поклажей различного типа и размера на головах. Иногда даже огромные охапки дров таким образом транспортируют. Юноши и девушки, разодетые в дешевку с претензией на модность. В руке - обязательно мобильный телефон.
Белых людей тут очень мало. Ботсванские дети смотрят на нас с опаской и интересом. Белые редко ходят по улицам пешком. Чаще всего их можно увидеть в каком-нибудь супермаркете или ресторанчике. За порогом этих заведений в основном они передвигаются на машинах. Вот правда, не могу вспомнить, когда последний раз видела белого человека дальше, чем 2 метра от его машины или супермаркета.

Устала я от окружающего меня песка. Сухость тут жуткая.. Мама меня, наверно, будет ругать за то, что случилось с моими ногами (т.к. я хожу босиком по этой сухой пыли).

А еще я устала от несоответствия того, как я привыкла видеть счастье, и как его видят местные жители. Или у них вообще нет счастья? Привыкли к несчастью? Или им ничего не нужно, кроме того, чтобы есть и спать? После нескольких визитов к местным семьям я в течение нескольких дней испытывала стойкое непонимание того, почему все так?! Почему они живут в глиняно-цементных лачугах и спят на полу вместе с тараканами и курами?

Еще жутко устала от английского языка. Даже не от английского, а, скорее, от американского. Прямо отторжение какое-то. Меня подташнивать начинает, когда слышу какого-нибудь американца. Хочется по-русски прямо что-нибудь серьезное в ответ сказать, чтобы его тоже тошнить начало. Англичане разговаривают прекрасно, американцы - отвратительно. Как вспомню, что когда-то хотела в Америку насовсем уехать, прямо не верится! Ну почему они не могут разговаривать нормально?!


Thursday, May 23, 2013

Как победить крокодила

На прошлой неделе по той причине, что делать тут мне все равно нечего, решила поучаствовать в собрании местных женщин.

Они раз в месяц собираются в огромном здании Village Church, построенном американцами, и решают, что будут делать в следующий раз. В эту субботу как раз и происходило принятие решений относительно того, как будут выглядеть их встречи в будущем.

Одной из положительных сторон таких встреч является то, что эти хозяйственные ботсванские женщины приносят с собой всякие hand-made печеньки, вафли, пумпончики и другие вкусные штуки. В перерывах мы все пили кофе и ройбос с молоком. И беседовали друг с другом.

Ко мне подошла чернокожая мотсвана (коренная жительница Ботсваны) с длинными и гладкими черными волосами (они, конечно, искусственные. О прическах местных жительниц я расскажу позже). Она спросила, почему из всех студентов я осталась тут одна и чем сейчас занимаюсь. Я ей все подробно объяснила и прибавила, что вот, дескать, сижу я тут, почти ничего не делаю, хотелось бы посмотреть хоть на дельту реки Окаванго.

Она решила меня напугать и начала рассказывать, что там водятся крокодилы (а то я не знаю! Своими глазами видела!), но местные их не боятся, потому что знают, как с ними совладать.

Интересно-интересно!-подумала я. Слышала, что акул надо бить пяткой в нос, чтобы отвязались и не мешали плавать. А что делать с крокодилами?

Нео (так зовут эту женщину с ненастоящими волосами) поведала, что, как только встретишь на своем пути крокодила, нужно незамедлительно отыскать на его теле мизинец ноги и попытаться отломить, или, хотя бы, сделать болевой прием. Мудрые люди говорят, что в этот момент крокодил обиженно заплачет и уберется восвояси.

Теперь можно спокойно плавать во всех африканских реках. Ах нет, погодите-ка. Нужно еще спросить у кого-нибудь, как победить бегемота.

Кошка-убийца

Какими бы хулиганами эти белки ни были, все же, они намного лучше кошек. Я уже к ним привыкла, их писк и скрежет по ночам меня больше не пугает. Но, все равно, завидев белку, я смотрю на нее с укоризной.

 А вчера сижу я на крыльце дома, значит. И тут, смотрю, кошка бежит. А из ее позорного рта свисает что-то длинное и слегка пушистое. Я чуть не заплакала, когда поняла, что эта сволочь поймала белку! Да как она посмела?! Ее дома, что ли, не кормят?!

Белка все еще дергалась у нее во рту и жалобно пищала. Я начала гоняться за желтоглазым мяукающим монстром и пытаться отнять у него малявку. Ничего не получилось из-за того, что кошка принадлежит хозяйке дома, я, к сожалению, не могла применить к ней грубого насилия. Она благополучно умчалась в кусты доедать моего пушистого друга.

Поймаю скотину - придушу!

Monday, May 20, 2013

Сумасшедшие белки!!

Ужас! Не думала, что когда-нибудь буду так ненавидеть белок! Это просто ужас какой-то! Они скоро меня достанут! Не знаю, что с ними такое. Это на них так солнце африканское влияет?! Мало того, что они днем издают всякие душераздирающие звуки, так они и ночью не думают прекращать свою активную деятельность. И когда они только спят?



У нас на доме - соломенная крыша. Так вот эти маленькие сволочи бегают по ней в темное время суток, карабкаются по стенам и барабанят по ним своими маленькими когтистыми лапками! Прямо натурально барабанят!!  По этому поводу мне сегодня ночью приснился такой небывалый кошмар, что я даже чуть не попросилась в комнату к хозяйке дома, чтобы спокойно поспать остаток ночи.

Утром спросила у нее, что тут такое творится. Она ответила, что это вполне обычное дело. Раньше тут даже крысы бегали через весь дом туда-сюда. Пришлось кошку завести.

Не знаю, кого надо завести, чтобы избавиться от белок, но с этим необходимо что-то делать! Они не имеют права так издеваться над людьми!


Sunday, May 19, 2013

Адын адын, саусэм адын!!

В общем, я все еще в Ботсване, на краю пустыни Калахари. Вся группа покинула это прекрасное место три дня назад. Я осталась.

Не помню, говорила ли я кому-нибудь, но мне не дали визу, чтобы въехать в ЮАР из Ботсваны. Сказали, что можно, конечно, ее получить, но для этого я должна иметь вид на жительство в Ботсване. А это - как минимум месяц ожидания и огромные бабки. А виза нужна была мне через неделю. Пришлось отказаться от этой сумасшедшей затеи и согласиться на транзитную визу, которую я смогу получить непосредственно перед тем, как отправиться в аэропорт Йоханнесбурга (ЮАР) и полететь домой в Россию.

Теперь я сижу в Мауне и жду того прекрасного дня, когда уже можно будет сесть в автобус и умчаться из дельты никуда не впадающей реки Окаванго. Это счастливое событие должно произойти на днях, т.е., через неделю. А пока я отсыпаюсь, ем, хожу вокруг лагеря, сижу в интернете, общаюсь с родственниками и скучаю по Якову.


Friday, May 17, 2013

Love Botswana



Совсем почти забыла, что у меня есть блог, и что несколько людей его иногда читает. Не хотелось бы оставлять их в неведении относительно того, что происходило со мной в течение последних пяти недель. 

Как все уже знают, я собиралась отправиться в Ботсвану, т.к. вся наша группа должна была ехать туда и в течение двух месяцев приводить в порядок хозяйства и мозги местных жителей (мы искренне верили, что способны на это, но оказалось, что нужно сначала свои мозги в порядок привести, а потом уже браться за чужие). В связи с тем, что наше учебное заведение христианское, мы называемся миссионерами, хотя, далеко не все ощущают себя таковыми. 

Мы ехали из Кейптауна в Йоханнесбург через всю страну на автобусе. Потом пересели на другой автобус до Хабороне (Ботсвана), а оттуда – в Маун, в котором и собирались развернуть свою бурную деятельность. В общей сложности дорога заняла почти три дня. Три дня без душа, нормальной еды и нормальной кровати. Но, к счастью, все выжили.
По приезде выяснилось, что мы будем жить и работать не в самом городе, а на отшибе, в огороженном проволочным забором лагере. Это американская территория, тут несколько огромных почти двухэтажных хат с соломенными крышами, офисные вагончики, два круглых здания школы, бассейн и еще какие-то постройки. 

Нас (девушек) разместили на втором этаже полутораэтажного дома.

Следующая пара дней прошла довольно расслабленно, нам показали территорию нашего лагеря (кстати, эта вся организация называется Love Botswana Outreach Mission).
Потом пару дней мы перебирали коробки с гуманитарной помощью. Добрые америкосы прислали это добро африканским детям. Нашей задачей было вынимать из коробок просроченные сладости и зубную пасту. Оказывается, чтобы достичь африканских берегов, американским коробкам требуется около полутора лет. Конечно, к этому времени конфеты провоняют мылом, а зубная паста разложится на отдельные химические соединения. Но и на этом спасибо заботливым америкосам.
В общем, разгребание завалов заняло у нас два дня, т.к. коробок было немало – целых 800 штук. Миссионерства пока совсем не ощущается. Ощущается досада и разочарование. Мы сюда коробки разгребать приехали, что ли?!

На четвертый день к обезвоживанию, досаде и разочарованию прибавился страх за свою жизнь и желание поскорее отсюда смыться в связи с некоторыми леденящими кровь событиями, о которых я расскажу позже.

Следующую неделю мы приходили в себя, а заодно приобщались постепенно к жизни сообщества. Нам продемонстрировали все возможные рабочие места, и к концу недели мы должны были определиться, где хотим работать до окончания нашего пребывания здесь.
Мне больше всего понравился “Goat Project”, который мы сами с еще парой студентов решили начать. Суть его заключалась в том, чтобы воспитывать местных коз (они принадлежат организации, их 15 штук), а также ухаживать за экспериментальным огородом. Я очень хотела там работать, и даже просила нашу кураторшу об этом, но она коварно поместила меня на совершенно другую должность, именно ту, которая мне не понравилась больше всего.

Ну что поделать, вот я и работаю опять на нелюбимой работе. Но, у этой нелюбимой работы есть довольно много преимуществ. Во-первых, у нас постоянно есть свободное время. Правда, мы не можем проводить его, где хотим, но можем делать все, что позволяют окружающие обстоятельства. А они обычно таковы: мы приходим в офис около половины девятого и начинаем ждать, когда нам дадут какое-нибудь задание. Например, отнести записку в соседний офис, или напечатать что-нибудь при помощи компьютера и проч. Я обычно беру с собой музыку, Библию, мою тетрадь, немного денег, и, пока делать нечего, читаю, пишу, слушаю, разговариваю с такими же страдальцами, как я.
Вот такие дела.