Thursday, August 11, 2011

SA



В череде дней, ничем не отличающихся друг от друга, вчерашний вечер ознаменовался тем, что какой-то подозрительный мужик на хостеловской кухне уронил мне на ногу тарелку. Скорее всего, это был отвлекающий маневр, и производил он его не в первый раз, так как тарелка не разбилась, но причинила мне ужасную боль. Интересно, смогу ли я ходить? Наверно, эта коварная личность знала, как важна для меня способность передвигаться. Странно, но он даже ничего не сказал. Никаких ремарок типа: «Получайте, москали!» Кто же это был? Может, меня с кем-то перепутали?

Последняя неделя для меня как игра «Что? Где? Когда?».  Какой бы в моей голове вопрос ни появился, через совсем короткий промежуток времени я получаю ответ. Вот, например, сегодня. Сосед француз после разговора спросил, какое сегодня число и день недели. Я поделилась с ним своей печалью по поводу того, что иногда память на даты и дни недели меня серьезно подводит, на что он с пониманием ответил, что с ним происходит то же самое, когда он путешествует.  Ну вот, я не одинока. Не буду беспокоиться по этому поводу.

Еще я думала, что же там происходит в ЮАР? И, как под заказ, встретила мужчину, неделю назад прилетевшего из этой страны, и конкретно из Претории. Он говорит, что ситуация там пугает. Каждый день убивают как минимум одного белого человека. Убивают буквально ни за что. Могут убить, чтобы отобрать машину, велосипед, ноутбук, мобильный телефон, плейер. Ночью на улицу вообще выходить ни в коем случае нельзя.  Даже если собака слезно умоляет прогуляться с ней всего пять минут.  В полиции и правительстве – чернокожие, поэтому преступники того же цвета остаются безнаказанными. Типа, борьба против расовой дискриминации.  
Этот мужчина, с которым я познакомилась, родился в Польше, ему около 60ти лет. Где-то 30 лет назад переехал в ЮАР, т.к. обстановка в Польше с ее социализмом была ему не по вкусу, а в Южной Африке тем временем нашлась подходящая для него работа.  Сейчас у него там семья. По крайней мере, дети. Про жену  ничего не говорил. Но дети его не понимают, не хотят переезжать в Польшу. Конечно, это нелегко.

Сегодня, когда он вернулся в хостел после прогулки по городу, сказал мне, что, наверно, вернется обратно. И в Польше все до неузнаваемости изменилось. Люди и отношение совсем не те. Но он не уверен насчет ЮАР, скорее Замбия. И учить там детей. Восстанавливать страну.


Я поведала ему немного о своем отношении к Южноафриканской республике. И он сказал, что мы там встретимся когда-нибудь. Да, хотелось бы в это верить.
  

No comments:

Post a Comment